Сентябрь 2000

Екатерина Борисова

АРБЕНИН, ПАРАДОКСОВ ДРУГ

Можно иначе: "Арбенин, добрый мой приятель, родился на брегах Невы...". Истинная правда, между прочим - как и предрасположенность к спонтанному стихосложению и словесным комбинациям, возникающая после общения с оным Арбениным (вовсе не дворянских кровей, но в своем роде литературных). Не к музыке и танцам тянется организм, а к литературным игрищам. Хотя окружающая Костю действительность под названием ЗИМОВЬЕ ЗВЕРЕЙ - где-то как-то рок-группа. Популярная.

*

Не хочу и не буду обижать музыкантов ЗИМОВЬЯ - гитариста, аранжировщика и директора Александра Петерсона, барабанщика Анатолия Смирнова, флейтиста и дизайнера Егора Мажугу и только что присоединившегося басиста Михаила Иванова: они славные люди и хорошие музыканты, их нужность не оспоришь; их стараниями песни Константина Арбенина получают упругую завершенность. делаются в чем-то доступнее, а значит - известнее большему числу людей, а это важно в условиях отсутствия "безвозмездных спонсоров", когда организовывать концерты, выпускать кассеты и книги, ставить спектакли приходится исключительно своими силами. Один бы Костя, видимо, всего этого не смог. Один бы Костя, видимо, так и пел на кухнях друзей, отбивая ритм на коленке, в самоизобретенном жанре "суперакустики", или вообще бы писал "в стол" стихи и прозу, помышляя о карьере литератора, но никак не рок-кумира. Но! Сейчас, коли уж вышло так, коли ЗИМОВЬЕ пожинает лавры и вызывает бурный восторг у филологически ориентированной молодежи - с присовокуплением некоторого количества технической интеллигенции, увешанных феньками дев без определенных занятий и "бабулечек и дедулечек"; сейчас на Костин сольный концерт народу придет никак не меньше, чем на полноэлектрический групповой; сейчас он может и не петь совсем, а читать стихи или вообще разговаривать; издать книгу вовсе сказок; придумать спектакль "Свинопас" по Андерсену и самолично исполнить там все роли (пусть - пока - за неимением подходящих актеров: получилось-то недурно!). И, значит, мы говорим "ЗИМОВЬЕ" - подразумеваем "Арбенин", говорим "Арбенин" - подразумеваем "ЗИМОВЬЕ". Такова правда.

Ох, любит русская интеллигенция текст! Пожизненно любит, исстари, веково, со времен Ломоносова и Державина. Век почти минувший внес свои коррективы в эту любовь, и сначала в тайной (а иногда и в официальной) чести был туманный символизм и экзотический акмеизм, потом футуристическая лапидарность, гражданский пафос, отрицание идеологического кретинизма, гиперреализм - пока не перемешалось все это, разное, но однородное, не стало россыпью разноцветного драже, лоскутным одеялом постмодернизма. Где-то на пути к этому, как-то сбоку и невзначай к поэзии и прозе подсоединился текст звучащий: чтения в Политехническом (Ахмадуллина, Евтушенко...), концерты Высоцкого, эпоха бардов и, наконец, рок-н-ролл - дидактика Макаревича, эстетическое хулиганство Гребенщикова, бытописательство Майка, отточенный и яростный стих Башлачева, поток сознания Летова и Янки... Большая часть имен названа не только логической цепочки для, но и вполне к теме (а вы решили, что я отвлекаюсь?) - позавчера Арбенин еще раз сказал мне говоренное им уже неоднократно: Высоцкий, Башлачев, Летов, Янка - самые ценимые им и повлиявшие на него рок-поэты (дурной термин, но другого до сих пор не имеем). Где-то мелькала, однако, мысль, что ЗИМОВЬЕ для Питера конца 90-х - то же, что и АКВАРИУМ начала 80-х: и вправду, группа, где текст и личная харизма лидера важнее музыки; более того, первое может с успехом заменять второе. И коллажность этого текста, обилие скрытых и явных цитат, аллюзий, апелляций к пластам всей мировой культуры, свободное лавирование по просторам книжных полок, средневековых городов и городов, которых не стало, органичное заимствование строчек, оборотов, фрагментов - похожи. Хотя с такою же уверенностью можно упомянуть и Михаила Щербакова: чудовищная плотность текста, второстепенность мелодики и полное отсутствие именно рок-н-ролльного драйва (драйв словесный несомненен). Кстати, ЗИМОВЬЕ, в общем, группа не драйвовая - скорее поп-рок, чем рок-н-ролл, скорее мейнстрим, чем смешение стилей (это не одно и то же, а для обвинений в эклектике все слишком плавно и незамысловато). Но я сейчас не о музыке.

Итак, текст. Арбенин - немного актер, немного декламатор, немного певец (гениальный дилетант, если припомнить характеристику, данную человеком из отчасти - но только отчасти - Арбенинского круга, Кирилла Комарова); совершенно не музыкант, только недавно начавший понимать, что такое, собственно, аранжировка, и что ему от нее надобно; абсолютно не рокер и тем более не тусовщик, до последнего времени не видевший вокруг никого, хоть сколь-нибудь близкого по духу; Арбенин, мечтающий когда-нибудь вовсе перестать писать песни и переключиться полностью на прозу; Арбенин, к которому более всего подходит определение "литератор" (мог бы быть и "сказочником", ибо песен и стихов такого рода немало, не говоря уж о "Свинопасе" - однако термин зря, но основательно скомпрометирован разного рода "фэнтэзюшниками") - все-таки поэт. Не коллажист, не компилятор, не любитель играть формой и рифмой, складывать словесные мозаики, а естественный, природный поэт. Кто бы подумал, что обильное цитирование - не попытки запутать публику и образованность показать, не прием, а просто подсознательная проработка всего усвоенного ранее. Никакого образования, тем паче литературного-филологического; никакого углубленного изучения поэзии. Стихов он вообще читать не любит; из прозаиков в свое время Костю потряс Ницше (если его, конечно, считать прозаиком) и до сих пор радует Чехов. С Пушкиным сложнее: смотри книгу "Пушкин мой" и воспринимай, как хочешь. Советую - не очень всерьез, а то можно обидеться за Александра Сергеича и на Константина Юрьича. Кстати, в напечатанном виде тексты Арбенина воспринимаются несколько легче, чем в звучащем - возможно, потому, что каскад цитат органичен в виде черных букв на белом листе: все это литература. В ряде случаев, правда, в голове звучит уже знакомая мелодия, мешая, опять же, видеть текст как таковой - но ничего, можно стерпеть, мелодия ведь, как правило, хороша. Смысл отдельных строк часто самоценен, еще чаще вариативен, с голоса можно запутаться, в буквах оставлено что-то одно. Ну, к примеру:

Когда ты вытираешь кровь с палитры
И сводишь эти пятнышки с ума
Под видом неотправленной молитвы
С лицом неразрешенного письма...

Вам нравится? Вы поняли? На первое ответ, как правило, "да", на второе - как правило, "ну... эээ...". Костю непонимание отчасти беспокоит ("сочинить бы песню попроще", или вот название свежей программы, насилие над привычным способом письма - "Конец Цитаты"), отчасти расценивается им как должное, отчасти - пофиг. Нормальная реакция.

О чем бы еще? Да, об альбомах, точнее, об их количестве - огромном, учитывая стаж группы (пять лет существования, четыре - концертирования). В среднем получается по два-три альбома в год, что раздражает всех, кроме поклонников, сметающих эти кассеты с прилавков и поддерживающих тем самым Арбенина не только морально, но и материально: на работу он не ходит (я ж говорю - литератор, сидит дома и стихи пишет, тем и кормится; гад, конечно, стрелять таких надо). Я знаю одного (возможно, их больше) гражданина, искренне полагающего, что ЗИМОВЬЕ имеет под рукой щедрого филантропа, чьими молитвами и плодится. Коли б так, то вряд ли группа имела бы один (!) Бог знает в каких волнах эфира затерявшийся клип, вряд ли бы имела ротацию только на давно почивших в бозе "Радио 1" и "Катюше", вряд ли ездила бы гастролировать не далее Выборга и Новгорода (правда, недавно, уже в этом году, стала потихоньку осваивать Москву, но площадки отнюдь не кормушечные)... и т. д. Дело, видите ли, в том, что Костя песни (стихи) пишет давно. Вот еще, между прочим, парадокс: интересуясь единственно кино и театром, не поступив в свое время в Театральный и проработав год на "Ленфильме" (транспортным рабочим) среди Свина, Рыбина и им подобных "зимовщиков" - рок-к-роллом не увлекся, в кино/театре разочаровался, а песни стал писать в армии. Да, представьте, этот эффектный юноша с бархатным голосом, красивой жестикуляцией и интеллигентными оборотами устной речи оттрубил законные два года где-то под Минском. С таким вот интересным результатом. И песен накопилось настолько немало (процесс опережает воплощение, так случается, и сочиняя новое под влиянием нового, хранишь старое, выпускаешь старое, хочешь переделать старое, а новое тихонечко устаревает), что с трудом уместились они в эти сколько-то там много альбомов (концертные считаем?). И сейчас можно сочинять и записывать новые песни.Проза пишется, но теперь пусть она подождет.

Твои баллады пока никому не слышны,
Твое искусство еще не смущает века,
Но эти стены уже не имеют цены,
И дом твой скоро пойдет с молотка...

Девушки в общественном транспорте пока не узнают. Личного транспорта пока не предвидится. Костя ездит до метро "Купчино" на трамвае, до Лектория зоопарка и Театра Эстрады, где ЗИМОВЬЕ пока играет чаще всего - на метро. Обычный питерский маршрут. Нормальный питерский поэт.

Да и хватит, пожалуй. Все остальное уже написано до меня. Или будет написано после.